Федор ТрофимовичОдним из прихожан, связавших всю свою жизнь с Воскресен­ским храмом, был уроженец города Славянска Федор Трофимович Пелих, бессменный псаломщик и певчий.

Родился он в 1913 году в селе Мирная Долина.

В 1941 году, уже проживая в Славянске и страдая глазной болезнью, был угнан в Германию.

Там, в Баварии, работал на заводе, пока не пришло освобождение.

В своей после­военной жизни он трудился в районном Доме культуры, в детском садике «Ивушка» в качестве кочегара, слесаря, каменщика и музыканта-баяниста — был незаменимым.

Воцерковился Федор Трофимович в 1950-е годы, став прихожанином Свято-Воскресенского храма.

Нес разные послушания — от строителя до псаломщика левого клироса. В трудные 1960— 1980-е годы дом его на Северном поселке всегда служил пристанищем священникам и паломникам, приезжавшим из окрестных сел на престольные праздники, хотя собственная семья была большая — шестеро детей.

Места не хватало — стелили и спали на полу. Впоследствии дети вспоминали: когда ныне здравствующий схиепископ Алипий был пострижен в монашество, на него воздвигли гонения не только власти, но и его родственники; он жил и у Фе­дора Трофимовича.

В продолжение всей своей жизни Федор Трофимович совер­шал паломнические поездки.

Много раз встречался и общался он со старцами, ныне прославленными и канонизированными: Амфилохием Почаевским, архимандритом Андроником, старцем Сера­фимом из Глинской пустыни и другими.

Но наибольшую духовную пользу, по его словам, приносили паломнические поездки в Почаевскую Лавру. Об этом он рассказывал много поучительного.

Посещение пещер Лавры всегда было для паломников же­ланной целью, но маленькая тесная пещера, в которой молился преподобный Иов Почаевский, обладала одним удивительным свойством: в нее можно было вползти — но если на душе лежал смертный грех, обратный путь был невозможен.

Пещера словно сжималась и не выпускала, пока грех этот не был исповедан во всеуслышание. Федор Трофимович стал свидетелем примечатель­ного эпизода.

Женщина вползла в пещеру, а выйти из нее не могла. Тогда монах, стоящий у входа, спросил, есть ли у паломницы смер­тный грех, и посоветовал громко назвать его. Со слезами женщина всенародно покаялась — и выбралась наружу…

Паломнические поездки и многолетнее послушание в Свято-Воскресенском храме обогатили духовный опыт Федора Трофимо­вича.

Он стал для многих прихожан живым примером благочестия, последователем тех духовных традиций, которые не могли искоре­нить десятилетия атеистической пропаганды. Любил делиться с прихожанами наставлениями и жизненным опытом, которые по­лучал в течение всей жизни, и учил смотреть на все с духовной точки зрения.

Рассказывал, как умирали благочестивые люди, сохранившие веру: предвидя время своей кончины, они собирали родственников и детей, давали им наставления на дальнейшую жизнь, благословляли, делали последние житейские распоряже­ния, а затем просили читать канон об упокоении души и спокойно уходили в мир иной.

Такие рассказы приводил он в доказательство великой силы духа и крепкой веры наших предков.
Делился Федор Трофимович и собственным духовным опы­том. Вот один из его рассказов.

«Когда я на себя смотрел, мол, как я хорошо пою, какой у меня голос басистый, со мной произошло приключение. Вышел однажды на службе читать Апостол — как неожиданно у меня исчез голос, и я хрипло прочитал.

После того искушения, когда голос повредился и я попал в неприятную ситуацию, отец Авраамий мне сказал: “Де басок — там і бісок” — о себе должно ду­мать смиренней!»

Федор Трофимович общался с архидиаконом Авраамием, святогорским подвижником, который долго служил в Свято-Вос­кресенском храме.

Он говорил, что отец Авраамий обладал даром прозорливости и передал ему много рассказов и поучений из мона­шеской жизни. Например, о действии молитвы «Живый в помощи Вышнего» рассказал реальный случай.

Перед расстрелом по приказу большевика один монах самому себе копал яму. Он готовился к смерти и постоянно творил молит­ву.

Когда яма была готова, большевик поставил его у края и при­ставил к затылку револьвер. Последовал щелчок, затем второй и третий — пистолет не выстреливал. Палач занервничал и прика­зал монаху повернуться к нему лицом:

— Что ты делаешь, что я не могу тебя убить?!

— Молюсь…

— Как молишься? Научи меня.

Монах научил большевика 90-му псалму «Живый в помощи Вышнего», и жизнь его была спасена.

Еще один совет услышал Федор Трофимович в беседе о грехах и унынии от находящих бед, которую вел со старцем в Почаевской Лавре: «Впав не лежи, піднімайся та біжи!» — и пояснение этому поучению: как бы мы ни падали под тяжестью грехов, возможность встать есть у нас всегда, и не­чего унывать — покаяние и ис­поведь ждут нас, чтобы лечить духовные раны. Эти крылатые изречения он часто повторял.

Федор Трофимович был му­зыкантом, любил мелодичность напевов и голоса, но однажды по­лучил урок, о котором охотно рас­сказывал.

Посещая Глинскую пу­стынь, он хотел увидеть свято­го старца, о котором был много наслышан, архимандрита Анд­роника.

На службе ему указали на пожилого монаха, который хриплым голосом еле слышно подавал возгласы на ектениях. «И это есть тот знаменитый ста­рец? Тю…» — запал в душу Федора Трофимовича помысел.

Но когда батюшка вышел и двинулся вдоль стен, совершая каждение у икон благовонным дымом, начали падать в припадках беснова­тые, выкрикивать буйными голосами… Федор Трофимович при­шел в ужас, говоря сам в себе: «Ой, да я свинья: так мог подумать о святом человеке! Видно, мы судим о людях, исходя из своих при­страстий и грехов…»

В беседах с прихожанами Федор Трофимович любил расска­зывать о выдающихся святых, особенно о Филарете Милостивом, и приводил примеры из их жизни.

У него было дореволюционное издание книги Иоанна Кронштадтского «Моя жизнь во Христе», и он любил цитировать, что ум нужно постоянно заключать в молит­ву, потому что идет борьба за душу человека.

На семьдесят пятом году жизни болезнь (глаукома) Федора Трофимовича резко обострилась, и он стал слепнуть.

Но, несмо­тря на это, продолжал нести послушания псаломщика, так как за многие годы наизусть выучил все богослужебные тексты: ве­черни, утрени, часов, литургии. Духовник не благословил его оперировать глаза: «Меньше будешь видеть — больше духовной пользы обретешь».

Ослепнув окончательно, Федор Трофимович просил водить его с Северного поселка под руки в Воскресенский храм.

В то время не было еще автобусного сообщения, и это было обременительно для родных, но постепенно стали подвозить его то на машине, то на мотоцикле.

Прожив полную молитвенных трудов и послушаний жизнь, Фе­дор Трофимович мирно почил 5 февраля 2008 года, в возрасте девя­носта пяти лет, и был похоронен на кладбище поселка Северного.

 Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

(требуется)

(требуется)

© 2016